День в истории (blogrev) wrote,
День в истории
blogrev

Category:

Отпеть расстрелянных

Оригинал взят у blogrev в Отпеть расстрелянных

В 1954 г. в деревянном доме на окраине подмосковного посёлка Болшево, завершилась жизнь Сергея Дурылина — археолога и этнографа, педагога и писателя, литературоведа и историка искусства, священника и лагерника сталинской эпохи.

20 июня 1922 года последовал арест о. Сергия Дурылина с последующей высылкой в Челябинск, где до 1924 года он заведовал археологическим отделом Челябинского музея. Существует версия о сложении Сергием Дурылиным священнического сана, но документального подтверждения этому в архивах Московской Патриархии не обнаружено.

Летом 1916 года в «Богословском вестнике» о. Павла Флоренского была опубликована работа Дурылина «Начальник тишины», в которой впервые звучит тема Оптиной пустыни как реального воплощении «Града Незримого».

В брошюре Дурылина — «Репин и Гаршин» (М., 1926) и др. — изучение биографии, литературной жизни. В статье «Академический Лермонтов и лермонтовская поэтика» («Труды и дни», VIII, 1916) дано исследование стиха Лермонтова с точки зрения теории Андрея Белого. Более ранние работы Дурылина: «Вагнер и Россия» (М., 1913), «Судьба Лермонтова» («Русская мысль», 1914, X) и др. написаны в духе идеалистической философии символизма. Большой интерес представляет работа Дурылина «Из семейной хроники Гоголя» [1928], содержащая эпистолярный материал, ярко характеризующий поместное хозяйство 30-х гг. (см. рецензию В. Переверзева в «Печати и революции», 1929, кн. IV).

С 1924 года — возвращение в Москву, работа внештатным сотрудником ГАХНа по «социологическому отделению» и домашним учителем в Москве и Мураново, в 1927 году — ссылка в Томск, в 1930 — переезд в Киржач, затем, в 1933 — возвращение в Москву и новый арест. Был освобожден стараниями жены Ирины Комиссаровой, гражданский брак зарегистрирован в 1933 г. в Киржаче.

Сергей Николаевич Дурылин был человеком широкой души, дружившим едва ли не со всеми творческими людьми своего времени.

Сегодня в этом уютном доме — Музей С. Н. Дурылина, каждый посетитель которого — желанный гость.

«Человеку, мизинца которого не стою»

А родился он в отцовском доме ➊ (Николай Дурылин был купцом 1-й гильдии, торговцем тканями, приехавшим в Москву из Калуги) в Плетешковском пер., 3, и поныне стоящем через дорогу от Елоховского собора.





Дом, где родился будущий археолог (Плетешковский пер., 3). Фото: АиФ / Эдуард Кудрявицкий



Близость Елоховского отразилась на всей жизни Сергея. Он вспоминал, что крестили его в той же самой купели, что младенца Сашеньку Пушкина. Здесь купеческий сын приобщился к вере отцов, от которой не отступался даже в самые безбожные времена.

До престижной 4-й мужской гимназии ➋ (Покровка, 22/1, знаменитый «дом-комод») сейчас на троллейбусе минут 10, а Сергей проделывал этот путь пешком. Оставив учёбу после 6-го класса (из-за смерти отца), Дурылин стал зарабатывать частными уроками. В числе его учеников оказались такие в будущем известные люди, как поэт Борис Пастернак и актёр Игорь Ильинский. Обаяние и авторитет юного учителя оказались столь велики, что дружбу с обоими он сохранил до конца жизни.






Покровка, 22/1, - знаменитый «дом-комод». Фото: АиФ / Эдуард Кудрявицкий



На одной из полок болшевского музея стоит книга стихов Пастернака «Поверх барьеров» 1930 г. издания. В посвящении рукой автора выведено: «Сергею Николаевичу Дурылину, дорогому человеку, мизинца которого я не стою». Кстати, там же хранятся машинописные главы опального романа «Доктор Живаго», которые Пастернак зачитывал в узком кругу друзей. Он даже собирался поставить на титульном листе посвящение С. Н. Дурылину, но друг отговорил автора: «Упомянув меня, ты закроешь своему роману дорогу в свет». Как будто без посвящения вышло иначе!

Самостоятельно подготовившись к экзаменам, Сергей поступил в Археологический институт. Однако, защитив в 1914-м диплом, стал вовсе не археологом, а священником: сначала служил дьяконом и иереем в церкви Николая Чудотворца в Клённиках ➌ (Маросейка, 5) под руководством о. Алексея Мечёва (святой праведный Алексей Московский, мощи которого хранятся как раз в этом храме), затем стал настоятелем часовни у Варварских ворот (она не сохранилась). Когда большевики изымали церковные ценности, Дурылин выговаривал служкам за излишнюю откровенность. Этого оказалось достаточно для ареста.








Приют для интеллигенции

Местом ссылки определили Челябинск, где как раз в то время создавался краеведческий музей и требовался профессиональный археолог. Он раскопал там несколько скифских курганов, заложил основу коллекции местного музея, которую высоко оценил Луначарский, приезжавший с инспекцией. Но нарком просвещения не знал другого — когда энтузиасты баграми вытаскивали из реки Миасс тела расстрелянных, их тайно отпевал отец Сергий Дурылин.

По благословению о. Алексея Мечёва в ссылку с ним отправилась прихожанка Ирина Комиссарова. И во второй, томской, ссылке она была рядом. А в третьей, в Киржаче, они оформили гражданский брак. Говоря современным языком, фиктивный — чтобы по возвращении в Москву прописать Дурылина у сестры Ирины. Монашествующий отец Сергей не мог жить обычной семейной жизнью, но с Ириной прожил до смерти, оставаясь ей ближайшим другом.

В 1936 г. сносили Страстной монастырь ➍ (он располагался на пл. Пушкина, как раз там, где сегодня сквер и фонтан за памятником поэту). Деятельная Комиссарова договорилась с настоятелем и вывезла на подводах брёвна разобранного дома игуменьи. В Болшеве, поблизости от церкви свв. Космы и Дамиана, из тех стройматериалов возвели дом, спроектировал который архитектор Алексей Щусев.





Страстной монастырь был одним из украшений центра Москвы (Пушкинская пл.). Фото: Commons.wikimedia.org, автор неизвестен.


Позже сюда приезжали почти все старые актёры Малого театра (с 1935 г. Дурылин был сотрудником Музея Малого театра и написал 80 брошюр о великих русских актёрах), тайно исповедовавшие православие, но не решавшиеся посещать московские церкви. Здесь писал этюды Нестеров, читал монологи Качалов, играл на фортепиано молодой Рихтер, прятал от начальственного до­гляда свои «формалистические» полотна Фальк, сюда приезжали сотни интеллигентов — за душевной беседой, советом, приютом, а то и просто за миской картошки в голодные времена.

Здесь до сих пор хранятся непрочитанные работы Дурылина, одна — о его старшем друге и единомышленнике, богослове и философе о. Павле Флорен­ском — называется «Начальник тишины». Думается, так можно было назвать и самого хозяина тёплого болшевского дома.


http://www.aif.ru/society/people/1067564


Tags: ГУЛАГ, СССР
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • «А ведь мы могли бы...»

    * * * Ax ты, шарик голубой, грустная планета, что ж мы делаем с тобой? Для чего всё это? Всё мы топчемся в крови, а ведь мы могли бы...…

  • ЧГК по субботам

    Он «терпеть не может давать сеансы одновременной игры, и поэтому прошу вас не планировать никаких выступлений. Останавливаться предпочитает в…

  • В этот день 8 мая

    8 мая 1172 года казнён Феодор II, епископ Ростовский (по решению народного веча, утоплен в Вонючем болоте). Феодору отрезали язык и правую руку,…

promo blogrev january 29, 10:13 2
Buy for 90 tokens
За "жуликов и воров" – 65 % За Жирика – 15% За Зю – 15 % За Миронова, Прилепина и др. – 5% Итого: 100% ? А где же нормальные люди? Запретительный механизм В Думе на более поздний срок было отложено принятие сразу несколько репрессивных законопроектов.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments